планета Поэтян и РасскаЖителей

Рассказы и Истории,Проза,Пробы и Опыты,Прозаические опыты,Юмор, Сатира, Ирония
«КОМНАТА»
Дмитрова Светлана В.

Логин:
  
Пароль:



КОМНАТА

                            1.

- Можно подумать! Ваше сиятельство!
Лидочка обращалась с начальником бесцеремонно. Она проработала на заводе укладчицей без малого тридцать лет, схоронила всю свою родню, и уже никого и ничего не боялась. Вот уже полтора года тщетно она пыталась получить от начальства хоть какую-то помощь в получении квартиры. После развода ей пришлось переехать в комнату в общежитии, где жили прежде её родители. Комната уже лет десять не соответствовала санитарно-техническим нормам, но коммунальные службы горячо уверяли в обратном.
- Я начальник завода, и сам до сих пор живу в старой квартире!
Лидочка подбоченилась.
- У меня для семейных квартир не хватает!
- Это что ж получается: если нет нормальных мужиков, так мне всю жизнь в клетушке ютиться!
- Лида, не выводи меня из себя, ты меня знаешь! Премии лишу!
- Вот только и знаете что — премии лишу!
Лида вышла из кабинета начальника. Настасья, секретарша, шепнула Тоньке, завскладом:
- Гляди, Лида-то наша зачастила к Палычу. - Они засмеялись.
- Ой, всё слышу, и здесь око не дремлет! - после разговора с Дмитрием Павловичем была готова накинуться на каждого.
Рабочий день был в самом разгаре. За что только на заводе столько отбатрачила, что теперь по любому вопросу получаю от ворот поворот! - обида внутри шипела и извивалась, как змея. Припомнилось и старое: как в самом начале её, Лидиного, стажа начальник заставлял работать сверхурочно за всех заболевших, обещая доплату, и не заплатил. Ну, Дмитрий Павлович!
  Обращение к главе администрации лично оказалось делом непростым. После долгой неразберихи с журфиксами и волокиты с заявлениями прошёл год. Наконец назначили экспертизу.
  Обед подходил к концу. Лида вернулась к конвейеру, надела синий рабочий халат и связала волосы в пучок. На пятницу назначена встреча с мастерами ЖЭКа по поводу плачевного состояния её комнаты. Посмотрим, что скажут.

                            2.

Экспертов было четверо, они ровным строем прошествовали внутрь комнаты. Осмотрели всё досконально и по пунктам. Произвели полную инвентаризацию. По поводу насквозь проржавевшей батареи сказали, что нужно поменять, заштукатурить шов на внешней стене, чтоб не мокла, содрать и заново наложить шпатлёвку, плесневую под обоями, а, соответственно, и сами обои, забить кое-где доски в полу, починить неисправную проводку, заделать щели между оконным проёмом и рамой, заменить сантехнику, выровнять покосившуюся стену, а так жить можно. А про балку, угрожающе нависшую над столом, сказали, что она ещё сто лет простоит, то есть, провисит. Дали подписать бумагу. Про выщербленную донельзя лестницу с расшатанными перилами, ведущую из общежития ничего не сказали. После их ухода Лида беспомощно опустилась на кровать и закрыла лицо руками.
  ...И через два месяца ремонта не последовало. Казалось, будто все забыли о ней. И это после всех мытарств, после обращения в Белый дом, заполнения бумаг... Наконец, она не выдержала и сама пошла в ЖЭК, где ей предъявили смету расходов по ремонту, которую ей, в случае своего согласия, следовало оплатить. И это помимо ежемесячных перечислений! Домой она возвращалась как в воду опущенная. По приходу застала нетипичное оживление и суету. В коридоре переговаривались люди. Оказывается, как на грех, умер дед из комнаты рядом. И без того мрачное настроение ещё усугубилось. Она прошла в свою комнату и закрылась. И тут в голову прокралась шальная мысль: а что, если удастся получить комнату рядом. Хоть что-то... По крайней мере, в ней нет прогнувшейся балки. А Лида передовик, Ударник Труда, о ней даже писали в местной газете. Авось и похлопочут местные власти... Перенесу туда кровать и комод, а в бывшей своей комнате поставлю электрическую плиту и устрою кухню, чтобы посторонние запахи не засоряли жилое помещение — Лида мечтала.
  Горькое разочарование постигло её и здесь: слишком вольготным посчитали для одинокой женщины владение такими метрами.

                             3.

Однажды в ночь на субботу (в ночь, когда все особенно сладко спят) всё левое крыло общежития содрогнулось от дикого вопля. Люди выскочили из своих комнат,  начали принюхиваться с целью выявления примет пожара и не обнаружили таковых. Лишь Лида стояла в ночной рубашке в середине коридора, дрожала всем телом и завывала. К ней подошли, спросили, что случилось. Она лишь беззвучно открывала рот, как рыба, и трясущейся рукой указывала на соседскую дверь и снова начинала реветь. Сквозь вопли и стоны удалось всё же разобрать:
- Я шла в туалет, а он... его призрак...
Люди облегчённо вздохнули, кто-то хихикнул, многие отправились досматривать свои сны. Один мужчина, живущий через три двери, вызвался остаться с ней до утра, а то «как бы чего не случилось». Почти всю ночь Лида ворочалась в постели и всхлипывала.
- Совсем свихнулась баба!
Наутро все соседи смотрели на Лиду с интересом и издёвкой, а она всё время опускала и прятала глаза.
  На следующую ночь всё было спокойно. А утром обнаружили, что вывешенные на ночь сушиться вещи разбросаны по всей кухне. Две соседки сцепились между собой, каждая подозревала другую. Еле их расцепили.
    Рабочий день прошёл в той же тягостной серой рутине. Лида вернулась домой. Никто на неё не смотрел больше. Все как будто уже забыли о происшедшем. Лида попросила разрешения взять скалку и стала раскатывать большую, тонкую лепёшку, похожую на солнце.
  Ночью все проснулись от странных звуков. Кто-то стучал по батарее. Прямым ходом двинулись к Лидиной комнате: не иначе эта ненормальная всех будит. Лида стояла в коридоре и вся тряслась от страха. Обласкали, успокоили, приголубили, налили свежего чая с мятой. Вопрос: кто стучал так и остался без ответа.
  Через месяц периодически повторяющихся стуков, стонов, щелчков, и особенно после того, как баба Дуся, выйдя в туалет, увидела вдали перед собой серую тень, медленно и плавно приближавшуюся (в замочную скважину она, якобы, увидела, как тень проплыла мимо по воздуху), вопрос встал ребром.
  Ещё через месяц о привидении знали все близлежащие дома.
  Информация просочилась на Лидиной работе. Вскоре уже по обычаю в обеденный перерыв к ней стали подходить, все расспрашивали её, она скромно отвечала, рассказывала о своём непростом соседстве с призраком. Никто ей не верил, однако сочувственно хлопали по плечу.
Дмитрий Павлович вызвал к себе, спросил:
- Что ещё за выкрутасы?!
На что она ответила, что никаких выкрутасов — необычайно кротко и совсем непохоже на неё.
- Смотри мне!!

                            4.

  Время шло. Призрак не желал покидать своих пределов. Обычно он появлялся возле своей двери или в Лидиной комнате. Иногда можно было обнаружить следы его проделок: мыло в борще, двери, вымазанные подсолнечным маслом, порванные колготки, испачканное бельё. Казалось, всё теперь можно было свалить на призрак.
  А одним зимним туманным утром выходящие на работу соседи обнаружили Лидочку сидящей в снегу возле общежития в скудной, наспех надетой одежонке. На все уговоры и посулы она никак не хотела возвращаться домой и как будто вовсе сошла с ума — когда несколько раз мужчины заталкивали её внутрь, она вырывалась, царапалась и тут же с плачем выскакивала назад.         Вызвали спасателей. Грозили психлечебницей, ничего не помогло. Отправили в обычную больницу на успокоительные уколы. Подтянулась пресса. Корреспонденты спрашивали Лидочкиного начальника, что за человек Лидия Петровна, психически уравновешенная ли, и не способная ли всё себе выдумать.
После выписки из больницы одна женщина согласилась временно приютить Лидочку в своей комнате. Выглядела Лидочка вполне адекватной, но время шло, а при одном упоминании о том, что ей надо вернуться в свою комнату,  Лидочка обхватывала руками колени, прятала в них голову и начинала тихо плакать.
  Посетила пресса и общежитие. Беседовали с людьми (оказалось, что многие видели призрак лично и описывали столкновения с ним очень красочно), оставались на ночь с камерой, но так и не установили контакт. Выслушали ругательства женщины, приютившей Лидочку, справедливые претензии по поводу её незаконного проживания. «Не вечно же эта ненормальная будет жить у меня!».
Снова навестили Дмитрия Палыча, уже с конкретными доводами и предъявлениями. Что, мол, почему Вы не даёте человеку квартиру, столь долгое время отказываете, что человек вынужден так страдать и испытывать душевные муки, когда столь близко и неприятно был вынужден встретиться с неизвестными и потусторонними силами... После их ухода Палыч чертыхался, плевался, матерился на чём свет стоит. - Сами вы потусторонние силы! Заходили и к главе администрации. Он отдувался и говорил, разводя руками:
- Как же с призраком?! С призраком никак нельзя!
  Вскоре Лидочка держала в руках ключи от маааленькой, но собственной квартиры. Говорят, что после того, как съехала Лидочка, призрак пропал и  больше не появлялся. Да и новые жильцы никогда не жаловались. Правда, кое-кто из общежития ещё пытался доказать своё соседство с призраком, но, увы, безрезультатно.
Впервые опубликовано на «МегаСлово»
© Светлана Дмитрова (poet300011) 2011


Добавить в альбом

Голосовать

(Голосов: 8, Рейтинг: 4.38)

Обсуждения и отзывы

0  
Н.М.
Очень точно и интересно!
Н.М.
Туры в Хорватию и Черногорию

18+
Продолжая пользоваться сайтом вы даете согласие на обработку ваших персональных данных и использование файлов cookie.
Ознакомиться с нашими соглашением об обработке персональных дпнных можно здесь, с соглашением об использовании файлов cookies здесь.
© «МегаСлово» 2007-2017
Авторские материалы, опубликованные на сайте megaslovo.ru («МегаСлово»), не могут быть использованы в других печатных, электронных и любых прочих изданиях без согласия авторов, указания источника информации и ссылок на megaslovo.ru.
Разработка сайта Берсень ™