планета Поэтян и РасскаЖителей

Рассказы и Истории,Фэнтези и Фантастика,Проза,Романы,Стихи Исторические,Стихи Любовные,Стихи Философские,Стихи Героические,Легенды и Выдумки
«"С Рождеством, или Счастливая Кристмасс"("Happy Christmass")»
Мария Бычкова

Логин:
  
Пароль:



"С Рождеством, или Счастливая Кристмасс"("Happy Christmass")

«О, я хочу безумно жить...»


Гимн 0. Вступление.
«Я так устала вечно ждать,
Я так устала от разлуки.
Мне очень больно понимать,
Что никогда не быть нам вместе...
Только б с любовью остаться!..»
Все мы знаем, что Рождество – это праздник в честь рождения Иисуса Христа. Однако я хотела бы поведать совершенно другую историю о Рождестве. Она связана с юной девушкой, давным-давно жившей на Земле.
Девушку звали просто Кристмасс. Довольно необычное имя даже для нашего времени, не правда ли?
Кристмасс родилась 17 апреля в деревушке на окраине леса Самайн. Её мать Рейна умерла при родах, не успев увидеть и обнять своё дитя. Отец, Габриэль, был вне себя от горя, ведь он безумно любил свою жену. Единственным его утешением стала новорождённая дочь, названная в честь древнего праздника Рождества, Кристмасс. Габриэль обожал малышку, дарил ей всю свою любовь. Всё шло прекрасно, но однажды...
Спустя три или четыре года после рождения Кристмасс в деревне наступили ужасные холода. Никакие одежды не спасали от их пронизывающих до костей ледяных объятий. Это событие не прошло бесследно для жителей. Многие замёрзли насмерть, большинство уехало в города на заработки. Но самое страшное произошло с малюткой Кристмасс: она сильно заболела. Сначала все надеялись, что это – обычная простуда, что она пройдёт сама собой. Шло время, дни превращались в недели, те – в месяцы, и в один прекрасный день после очередного приступа удушающего кашля на бревенчатом полу деревенского домика остались алые капельки крови девочки. Все существовавшие ещё надежды окончательно рухнули. Стало ясно: это – чахотка. В то время ещё не научились лечить такие болезни. Кристмасс могла бы выздороветь, если бы её показали врачам немного раньше, а теперь болезнь перешла в неизлечимую форму. На жизнь девочке было отпущено около семнадцати лет.
Как известно, люди всегда боятся и сторонятся того, чего не знают и не могут понять. Именно так и произошло с нашей героиней. От неё отвернулась вся деревня, начиная от старейшин и заканчивая самыми близкими друзьями. Лишь одна семья продолжала общаться с «отверженными». Малолетние сироты Трефуар и Вильфрид жили в соседнем домике. Мальчишки часто играли с Кристмасс. Они с ней были настоящими друзьями. Ничто не могло заставить ребят думать плохо о своей подруге. Поэтому, когда на девочку стали нападать деревенские хулиганы, Вильфрид и Трефуар, как верные стражи своей госпожи, мгновенно вставали на её защиту.
К сожалению, ход времени неумолим. Люди уехали из деревни в различные города. Остались лишь две семьи. Но и мальчишкам пришлось расстаться со своей подругой. Им к тому времени было 12 и 11 лет. В этом возрасте забирали в рекруты. Нашим героям повезло: их сделали оруженосцами самого короля Венсесласа.
Габриэль с дочерью остались в деревне одни. Вскоре все забыли о существовании деревни. Знали только, что на самом краю леса Самайн стоит полуразвалившийся деревянный домик, а в нём живут сумасшедший старик и ужасная больная девочка, которую многие в народе прозвали ведьмой.
Отец так и не смог оградить Кристмасс от людской злобы. Уже в шесть лет она отчётливо осознавала, что намного отличается от других людей. Вскоре девочка уже понимала, что она ущербна, недоразвита. Разумеется, ей было очень обидно это слушать каждый день, но постепенно малышка смирилась с такой несчастливой судьбой, приняв её как должное. Судьба, однако, решила дать презираемому всеми существу один шанс.

Гимн 1. Лесные боги.
«Лишь им Земли подвластны недра.
Их души чисты и добры.
Из всех существ лесные только боги
Помочь решили Кристмасс. Лес
Ей послужил и домом, и укрытьем.
Теперь она могла спокойно жить.
Но два желанья стали вдруг открытьем:
Встретить былых друзей и полюбить...»
Лес Самайн был одним из самых загадочных и таинственных мест этой страны. Считалось, что его населяют привидения и злые духи лесов.
На самом же деле это было совсем не так. Люди думали так потому, что те из них, кто ходил туда, были неизменно наказаны. Эта мера была справедливой, так как эти невежливые, грубые существа топтали траву, обрывали листья на вековых деревьях, охотились ради забавы на животных. Хозяева леса наказывали людей за пренебрежение к природе. Если же приходивший был добр и внимателен к лесу, он отвечал невиданной щедростью.
Лесных хозяев было двое – брат и сестра. Их звали Стренэ и Стрения. Парень был старше сестры на три года – ему недавно стукнуло двадцать. Несмотря на разницу в возрасте, эти двое являлись близнецами: платиновые волосы и фиолетовые лучистые глаза. Как бы их ни нарекали, настоящее название Стренэ и Стрении было лесные боги. Эти существа также отсчитывали годы своей жизни. Они внешне старились, а, достигнув девяностолетнего возраста, дальше не менялись, ведь им было даровано бессмертие.
В своём теперешнем возрасте лесные боги выглядели, как обычные подростки-люди. Любовь могла быть только между представителями этого рода. Человек не мог быть счастлив с мифическим существом, если только оно не решалось добровольно стать человеком, навсегда отказаться от бессмертия и волшебства земных недр. Такого, однако, ещё ни разу до сих пор не произошло.
Стренэ и Стрения были заботливыми и внимательными хранителями лесных благ. Под их чутким руководством лес Самайн процветал. В нём произрастало огромное количество съедобных растений, лекарственных трав, водилось множество самых разнообразных животных.
Лесные боги не любили приходящих туда людей, но для одного из них они сделали исключение – для маленькой девочки с синими глазами и волосами цвета морской воды. Это была Кристмасс. Её отвергли люди, а боги приютили. В лесу Самайн девчушка не чувствовала себя одинокой и никому не нужной. Этот лес был её тайным укромным местом. Она могла не бояться, что кто-нибудь найдёт её и отругает.
Лучшей подругой шестилетней Кристмасс была тогда ещё семилетняя Стрения. Она рассказывала малышке о лесе, его тайнах, животных, о пренебрежении и глупости людей. Шли годы, обе подруги подрастали. Кристмасс по-прежнему была частой гостьей лесных богов, ведь ей больше некуда было податься. Из обрывочных сведений стало известно, что Трефуар и Вильфрид стали рыцарями короля Венсесласа, самыми доверенными его людьми. Девушка была рада за своих былых друзей, но мечтала увидеться с ними ещё разок.
Следует добавить, что лес Самайн называли также лесом желаний. Если у человека было чистое и доброе сердце, он мог загадать любое желание, и оно скоро сбывалось. Так Стренэ и Стрения награждали добрых людей за их чистоту и милосердие, внимание к природе.
Для Кристмасс были особые условия. Она могла загадать целых три желания. Первым желанием было снова увидеть Вильфрида и Трефуара. Вторым – счастливая и долгая жизнь отца, Габриэля, а в третьем девушка просила о счастье и любви для себя.
Пожелания не спешили исполняться. Лишь отец девушки получил неожиданно высокую должность в городе и уехал. Он спрашивал дочь, не хочет ли и она уехать, но Кристмасс отказалась. Внутренняя сила подсказывала ей, что здесь она встретит своё счастье, к тому же не хотелось расставаться со Стренэ и Стренией, к которым девушка привязалась, как к родным брату и сестре. Совсем скоро появилась надежда на исполнение оставшихся желаний.

Гимн 2. Неожиданная встреча в лесу.
«Никто не знал, что так случится,
Что встретятся в лесу они –
Красивый парень и малышка Кристмасс.
И закружился хоровод любви.
Но искренняя ли была любовь?
И что терзает парню душу?
И кто такая Бринна, а?
Когда же счастье девушка получит?!»
Бринна и Броуд встречались уже полтора года. Внешне они не слишком подходили друг другу. У 22-летнего парня были рыжие волосы и карие глаза, а 17-летняя Бринна обладала угольно-чёрной шевелюрой, из-под которой сияли огромные красные глаза.
Эти двое, однако, считали, что являются лучшей парой в мире. Они были уверены, что созданы друг для друга. Жизнь Бринны и Броуда так и осталась бы такой, полной ложных надежд, чувств, переживаний, если бы не... оставшиеся желания Кристмасс. Боги леса чувствовали, что Бринна и Броуд не подходят друг другу. Именно поэтому они решились на ответственный шаг.
Этот день стал шестнадцатым днём рождения Кристмасс. Девушка была полностью спокойна, несмотря на то, что жить ей оставалось максимум четыре месяца. Как обычно, она пришла в лес, чтобы побыть в одиночестве и помечтать о несбыточном. Что-то подсказывало ей, что сегодня решится её дальнейшая судьба.
Броуд сегодня пребывал в отвратительнейшем настроении. Он собирался заехать с утра к Бринне, но она успела сообщить, что к ним придут высокопоставленные гости.
Чтобы хоть немного развеяться, парень взял на конюшне лошадь и поехал охотиться. Он много раз слышал от разных людей про мистический лес Самайн, но сам до сих пор так и не решился там побывать. Вспоминая различные фантастические истории о лесе, Броуд в нерешительности остановил коня на самой его окраине. Поразмыслив, юноша отважился нарушить священные границы.
Стренэ и Стрения мгновенно почувствовали присутствие чужого, невежественного человека. Богиня уже хотела ниспослать ему кару лесную, но брат успел её вовремя остановить:
- Стрения, постой! Это же тот самый человек, о котором у нас с тобой было великое множество разговоров.
- Да? Не может этого быть! Тот был добрый, а этот так и сияет своей внутренней жестокостью и силой.
Между тем, предмет их споров даже не подозревал, что вызывает к себе такое отношение. Осознав, что его никто не тронул, Броуд начал рассматривать окружающую его местность.
Парень стоял на одной из многочисленных лесных тропинок. Поражало разнообразие произрастающих деревьев и трав, животные, нисколько не смущаясь присутствием человека, смело выходили из своих укрытий.
Всё это великолепие словно околдовало юношу. Восхищённый, он обернулся и вдруг заметил слева от себя небольшую поляну, обильно залитую солнечным светом. Там сидела юная девушка. Броуд не мог знать, как она выглядит, так как та сидела к нему спиной, но он ясно видел, что цвет её волос довольно необычен – цвет морской воды, бледно-зелёный. Даже впоследствии наш герой так и не смог сказать, что заставило его приблизиться к незнакомке.
- Извините меня, пожалуйста, девушка!
- Ой! – Кристмасс даже подскочила на месте от неожиданности. – Кто Вы? Что здесь делаете? Я всегда думала, что Стр... боги леса не впускают сюда никого.
- Видимо, я исключение. К тому же и Вы почему-то находитесь в самой середине леса.
- Ну, это совсем не странно. Этот лес – моё тайное место с детства. Это мой второй дом. Лесные боги, брат с сестрой, мне как родные. Я их очень люблю.
- Как тебя зовут?
- Кристмасс. – Девушка была настолько растеряна, что не заметила неожиданного перехода собеседника на «ты».
- А меня звать Броуд. Будем знаться. Даже не ожидал, что встречу в этом странном месте кого-нибудь. А уж тебя... особенно.
Кристмасс зарделась, но неожиданно болезнь вернула её к действительности. В одно мгновение девушка наклонилась к земле и начала судорожно кашлять. Приступ...
- Что с тобой? – забеспокоился Броуд.
- Всё... уже... нормально. – Попыталась героиня изобразить спокойствие, но новый приступ кашля снова победил её.

Гимн 3. Кровавая правда.
«Болезнь ужасная, чахотка,
Свой отпечаток наложила,
И лишь она была причиной
Бед, пережитых юной Кристмасс.
За что наказана она?
Что сделала этому миру?
И почему людские страхи
Вдруг в месть и злобу превратились?
Лишь он не знал об этой тайне
И был шокирован, когда
Кровавая открылась правда...
У парня слёзы на глазах».
- Это, по-твоему, нормально? Да ты сейчас душу Богу отдашь! Ну-ка, дай я горло посмотрю!
- Нет! – дико выкрикнула девушка.
Она не понимала, почему, но ей вдруг захотелось, чтобы хоть этот человек не знал о её болезни, её Аде, её мучении и ущербности. Кристмасс попробовала встать, но ноги не выдержали, и она повалилась на траву. Последовал новый приступ удушающего кашля.
- Это уже не смешно! Что у тебя там? Покажи немедленно! – Броуд резко повернул девушку к себе. И чуть не лишился рассудка. – Нет, только не это! – трава была забрызгана свежей кровью, на лице Кристмасс тоже были капли. – Что это?
- Моя судьба. Я такая с детства. Поэтому и живу совсем одна. Только Стренэ и Стрения, лесные боги, позаботились обо мне, дав здесь приют.
Юноша был шокирован. В этот момент что-то в его душе перевернулось. Она будто бы раскололась надвое. Одна часть осталась прежней, а другая неуловимо изменилась. Там поселились необъяснимый страх за будущее новой знакомой и всё возрастающее желание чем-нибудь помочь девушке.
- Что это за болезнь? Я ещё никогда такого не видел.
- Чахотка. Открыли совсем недавно. Лекари ещё не умеют её лечить. Эта болезнь, по-моему, является самым тяжёлым осложнением после простуды.
- Да, не дай Бог никому такого. Сколько тебе лет?
- Шестнадцать.
- А со скольких лет болеешь?
- С пяти или шести.
- Это очень серьёзно? Ты выздоровеешь?
- Нет. Мне осталось жить лишь около четырёх месяцев.
- Не могу поверить. Но почему? Ты же такая молодая, красивая! Почему ты?
- Я не знаю ответа на этот вопрос, Броуд. Мне вдруг стало интересно, зачем ты беспокоишься обо мне. Раньше это делал только мой отец, Габриэль... и никто больше, кроме лесных божеств.
- Неужели люди отвернулись от своей соотечественницы в трудную для неё минуту?
- Если не можешь в это поверить, то не знаешь людей. Они беспокоятся лишь за собственные жизни и ценности. Кого из них волновала судьба маленькой бедной девочки, приговорённой к смерти от тяжёлой и мучительной болезни? Ни-ко-го. Все считали меня заразной, посланницей смерти, ведьмой в какой-то степени. Люди возвели между мной и собой огромную стену, через которую пробиться мне просто не хватит сил. Да я и не пытаюсь это сделать. Зачем мне мир, которому не нужна я?
- А друзья?.. У тебя были друзья?
- Да. Два брата – Вильфрид и Трефуар. Теперь они личные телохранители короля Венсесласа. Я давно с ними не виделась, но так хочется!
- Что-о? Я их отлично знаю! Теперь я понял, о какой девушке мне постоянно твердит Вильфрид. Значит, это ты, Кристмасс! «У неё волосы цвета морской воды и синие глаза... Красивый, обольстительный голос. Скромная, милая, нежная...»
- Перестань! – девушка отвернулась и покраснела. – Вильфрид просто мой друг. Он и прежде возводил меня в статус богини, а теперь вообще стыд потерял.
- Вижу, ты не любишь его.
- Что? – Кристмасс была ошеломлена вопросом парня.
- Он сказал, что безумно тебя любит.
- Он это может. Только он...
- Значит ли это, что твоё сердце, лесная принцесса, всё ещё свободно для любви и счастья?
- Ну, да. А что?
- Я хотел бы стать твоим другом и защитником. Хотя бы на всё то время, что ещё отпущено тебе Судьбой. Разреши мне быть с тобой!
- Разве такое может произойти со мной? Конечно, я согласна! Я чувствую, что ты, Броуд, самый замечательный, внимательный и искренний человек в мире. Наконец-то исполнится моё желание! – засмеялась тихим переливчатым смехом Кристмасс.
Броуд ничего не сказал. Он как-то странно взглянул на девушку и сразу же отвернулся. Душа его была полна противоречий.

Гимн 4. Друг детства.
«Они давным-давно дружили,
И вдруг их сватает отец.
Но встреча с юношей учтивым
Всё поменяла, наконец.
Друг детства понял её чувства,
Он отпустил её к любви.
На то друзья нам и нужны,
Чтоб помогать, поддерживать и верить...»
Спокойствие было нарушено неожиданным появлением Стренэ.
- Кристмасс! У меня отличные новости! Приехал твой отец! И ещё... Никогда не угадаешь!
- Стренэ! Кто, кто приехал? Пожалуйста, не мучай меня! Скажи...
- Вильфрид и Трефуар! Король дал им долгосрочный отпуск за отличную работу, как они говорят. Но лично нам со Стренией кажется, что этот старый хитрец отправил их подальше от своих государственных дел. Поспеши! Габриэль очень хотел тебя видеть.
- Как же я рада! Правда, здорово, Броуд?
Не услышав ответа, девушка повернулась. Броуда и след простыл.
- Куда он делся? Что с ним случилось? Ничего не понимаю... Ну, ладно, побегу к папе.
И радостная Кристмасс побежала через лес к своему будущему.
Тем временем, Габриэль вёл с Трефуаром очень серьёзный разговор.
- Ты знаешь, друг мой, что моя Кристмасс тяжело больна, и ей недолго осталось жить. Жизнь, однако, ничего ей не дала. Я хотел бы, чтобы то время, что она ещё будет с нами, Кристмасс запомнила, как самое лучшее, что с ней происходило. Я прошу тебя, Трефуар, взять мою дочь в жёны!
- Что? Но Габриэль...
- Брат! Если ты не хочешь, то я это сделаю с превеликим удовольствием. Я ведь довольно давно люблю малышку Кристмасс...
- Вильфрид, во-первых, она не малышка уже, а во-вторых, ты спрашивал, любит ли она тебя, а?
- Нет. Но в твоём случае речи о любви вообще не идёт! Ей не нужен такой муж. С тобой рядом лишь отрицательные эмоции.
- Ребята, перестаньте немедленно! Сейчас придёт Кристмасс, и спросим у неё.
- Отличная идея. А, привет, Кристмасс!
- Вильф, Трефуар! Как давно я вас не видела! Вы стали такими красивыми, мужественными!
- А ты просто красавица! – выдохнул восхищённый Вильфрид.
- На этот раз согласен. – Поддержал брата Трефуар.
- Дочка! У меня к тебе очень важное дело. Я надеюсь, что один из этих мальчишек совсем скоро станет твоим супругом. Ты как, согласна? Кого выберешь? А то они за тебя чуть не передрались...
Вопрос отца застал девушку врасплох. В любой другой день она согласилась бы с ним, не раздумывая, но сегодняшняя встреча в лесу изменила всё. Кристмасс чувствовала, что не сможет жить с кем-нибудь из братьев. Для неё Трефуар и Вильфрид были друзьями детства, лучшими друзьями, но не больше!
- А кого бы посоветовал ты, отец?
- Трефуара.
- Трефуар! Я понимаю всё, но нужна ли я тебе? К тому же, я не люблю ни тебя, ни Вильфрида. Нет, я люблю вас, но совсем другой любовью. Вы для меня лучшие друзья. Я очень ценю вашу дружбу и берегу её, как истинное сокровище. Пожалуйста, не обижайтесь на меня. Я говорю то, что чувствую.
- Кристмасс! – сказал Вильфрид. – Мы не сердимся на тебя. Как ты это себе представляешь? Прости ты нас, и, в первую очередь, недоумка-папочку. Ведь это он всё затеял.
- Всё уже в прошлом. Пойдёмте, расскажете мне всё о себе: как жилось, как работалось. В мельчайших подробностях.
- А личная жизнь считается?
- Вильф, так и хочется иногда поучить тебя думать о своих словах.
Одно желание исполнилось. Кристмасс снова обрела старых друзей.
Броуд не знал, что ему делать. Он решился помочь немного Кристмасс, но как!
В его сердце всё ещё находилась Бринна, и юноша не собирался её забывать или бросать. Никогда! Он побудет немного влюблённым Броудом, скрасит последние дни несчастной, покинутой людьми девушки, и вернётся к любимой. Парень в своих суждениях о любви глубоко заблуждался.

Гимн 5. Ложь и искренние чувства.
«Скажи мне, кто ты?
Ангел-хранитель или искуситель?
В твоих глазах живёт сомненье,
В твоей душе идёт война добра и зла.
Пойми себя! И только тогда
Настанет счастье для тебя,
Душа очистится, война пройдёт,
И новый день настанет!
* * *
Предчувствую Тебя... Всё в облике одном.
Весь горизонт в огне – и ясен нестерпимо,
И молча жду, - тоскуя и любя.
Весь горизонт в огне и близко появленье,
Но страшно мне: изменишь облик Ты,
И дерзкое возбудишь подозренье,
Сменив в конце привычные черты.
О, как паду – и горестно, и низко,
Не одолев смертельные мечты!
Как ясен горизонт! И лучезарность близко.
Но страшно мне: изменишь облик Ты».
В тот день, когда начали «развиваться» отношения Броуда и Кристмасс, первый сначала зашёл к Бринне. Девушке было 17 лет. У неё были шелковистые черные волосы и сияющие красные глаза. Бринна – добрая и милая девушка. Она уже давно встречалась с нашим героем, но вовсе не из-за любви к нему. Девушка видела, что Броуд никак не может найти себя в этом мире. Своим вниманием Бринна хотела помочь парню.
- Броуд? Какой сюрприз! Я не ждала, что ты сегодня придёшь! Эй, что случилось?
- Бринна... – выдохнул тот. – Я не знаю, правильно ли я поступаю. Помоги мне разобраться в себе.
- А в чём, собственно, дело?
- Видишь ли, неделю назад я был в лесу Самайн и встретил там одну девушку. Её звать Кристмасс. С детства она больна чахоткой. Сейчас девушке 16. Кристмасс осталось жить около четырёх месяцев. Я предложил ей встречаться под видом любви с первого взгляда, но сделал это лишь для того, чтобы хоть как-нибудь скрасить ей оставшуюся жизнь. Правильно ли я поступил, скажи?
- Даже не знаю, что тебе сказать... С одной стороны, ты поступил благородно, но с другой... Разве можно обманывать ТАК бедную больную девушку? Она верит тебе, как никому другому! А если она узнает, что ты лжёшь ей?
- Не узнает, если ты не проболтаешься. Кстати, я хотел бы вас познакомить. Идём со мной!
- Что? В лес Самайн? Ни за что! Я боюсь!
- Не дрейфь, я же с тобой! К тому же, там нет ничего страшного.
- Правда? Ну, тогда пошли.
Кристмасс уже поджидала Броуда на той самой заветной полянке. Услышав звук шагов, она обрадовалась и обернулась. Мгновенно улыбка на лице девушки сменилась недоверием, ведь она увидела Бринну.
- Кристмасс, здравствуй! Вот и мы!
- Кто это с тобой, Броуд? Я её не знаю.
- Знакомьтесь. Бринна, это моя девушка – Кристмасс. А это, - обратился Броуд к «возлюбленной», - моя подруга детства Бринна.
- Очень приятно, - произнесли обе девушки.
- Броуд мне столько всего о тебе рассказывал! – начала разговор Бринна. – Я очень хочу, чтобы мы с тобой стали лучшими подругами, Кристмасс! Ну, как, согласна?
- Да... Спасибо тебе, Бринна.
Броуд облегчённо вздохнул. План удался. Теперь, если его застанут с Бринной, Кристмасс не станет беспокоиться.
Начались дни бесконечных встреч, свиданий, поцелуев. Кристмасс сияла от счастья и переполнявших её чувств. Она не могла поверить, что всё это происходит именно с ней. Как неожиданно появился в её жизни этот человек, и сколько добра и счастья принёс с собой! Девушка возвела парня чуть ли не в ранг божества. Она верила, что он самый любящий, надёжный и искренний человек в мире. Незаметно, совсем быстро, Кристмасс воспылала жгучей любовью к нему. Она уже не представляла свою жизнь без Броуда.
А что же сам Броуд? Он был убеждён в том, что встречается с Кристмасс лишь из-за её болезни. Парень даже не замечал, что его отношения с Бринной неуловимо изменились. И всё из-за его девушки. Бринна знала, что должна заставить парня полюбить Кристмасс. Они уже успели стать настоящими подругами. После начала общения с девушкой Бринна поняла, ЧТО натворил своими бездумными действиями её молодой человек. Ей стало безумно совестно и жаль бедняжку. Теперь же девушка считала своим долгом помочь Кристмасс.
Броуд незаметно для себя изменился. Он и сам не мог понять, что с ним происходит. Почему-то Бринна перестала занимать все его мысли. Теперь он мог думать только о лесной девушке. Объяснялось это, по мнению парня, его неудержимым стремлением показать Кристмасс, какой счастливой может быть жизнь.
Торопясь на сегодняшнее свидание, Броуд неожиданно забыл о своих намерениях. Он торопился увидеть девушку, удостовериться, что с ней всё в порядке. Юноша облегченно вздохнул, когда встретил Кристмасс в условленном месте.
Девушка уже начинала беспокоиться. Почему-то именно сегодня она шла на встречу с любимым в противоречивом настроении. Ей было и радостно, и необъяснимо страшно.
- Привет, любимая! Давно ждёшь?
- Нет, совсем недолго. Я скучала по тебе.
- А я-то как скучал!
С этими словами парень крепко обнял Кристмасс. Тело девушки пронзила необъяснимая, волнующая дрожь. Ещё ни разу он не обнимал её так.
Между тем, его губы всё приближались. Наконец, словно решившись, парень коснулся ими её губ. Сначала едва уловимо, а потом всё требовательней.
Жар его дыхания сжигал девушку изнутри. Она чувствовала, что душа её улетает на седьмое небо. Девушка трепетала от счастья и удовольствия. Её губы раскрылись в ответ на его поцелуй. Она страстно отвечала на его волнующую нежность.
- Я люблю тебя, Кристмасс! – задыхаясь, бормотал Броуд, не выпуская девушку из объятий.
- Я тоже! – пыталась отвечать Кристмасс между многочисленными поцелуями.
Ещё ни одно свидание с Броудом не было пронизано таким пылом и страстью. Казалось, воздух вибрировал от исходящей нежности влюблённых.
«Сказать ей, или нет? – думал Броуд. – Простит ли она меня за это?»
- Что случилось? – спросила Кристмасс, прервав поцелуй. – Ты вдруг как-то изменился... Я беспокоюсь за тебя.
- С чего ты это взяла? Я просто задумался... о своём. Прости меня за то, что заставил поволноваться. – Проговорил парень, глядя в сияющие любовью и радостью глаза девушки.
В этот миг он принял решение:
- Останься со мной сегодня. Я покажу тебе, насколько сильно я тебя люблю!
Кристмасс вздохнула и слегка кивнула головой в знак согласия.

Гимн 6. Роковая ночь.
«Я пронесу тебя над бездной, её бездонностью дразня.
Твой будет ужас бесполезный – лишь вдохновеньем для меня.
Я от дождя эфирной пыли и от круженья охраню
Всей силой мышц и сенью крылий, и, вознося, не уроню.
И на горах, в сверканьи белом, на незапятнанном лугу,
Божественно-прекрасным телом тебя я странно обожгу.
Ты знаешь ли, какая малость та человеческая ложь,
Та грустная земная жалость, что дикой страстью ты зовёшь?
Когда же вечер станет тише, и, околдованная мной,
Ты полететь захочешь выше пустыней неба огневой, -
Да, я возьму тебя с собою и вознесу тебя туда,
Где кажется земля звездою, землёю кажется звезда.
И, онемев от удивленья, ты узришь новые миры –
Невероятные виденья, создания моей игры...
Дрожа от страха и бессилья, тогда шепнёшь ты: отпусти...
И, распустив тихонько крылья, я улыбнусь тебе: лети.
И под божественной улыбкой, уничтожаясь на лету,
Ты полетишь, как камень зыбкий, в сияющую пустоту...»
Броуд был весьма удивлён, что Кристмасс согласилась на его предложение. Если честно, то он не подозревал, что она способна на такое решение.
Юноша думал, что девушка относится к нему в душе как к брату или, на худой конец, лучшему другу. Теперь же, после её молчаливого согласия, он был полностью разбит и шокирован. Парень вдруг чётко осознал, что натворил. Мгновенно его пронзила жгучая боль от стыда и раскаяния за содеянное. Украдкой взглянув на девушку, он отметил, что она вся просто сияет от счастья. Парню даже на одну секунду показалось, что Кристмасс окружает странный светящийся ореол.
- Броуд, ты снова задумался. Что-нибудь всё-таки случилось, да? Не скрывай от меня ничего, прошу тебя. Я не переживу, если ты меня обманешь.
При этих её словах юноша вздрогнул и виновато опустил голову.
- Нет, всё в порядке. Просто я думал, что тебе может не понравиться сегодняшняя ночь.
Кристмасс густо покраснела и опустила глаза.
- Мне кажется, что так говорить несколько неприлично. Мне только ещё 16 лет, и я почти не знаю жизни, так что мне ли судить о том, что хорошо и что плохо? Я считаю, что это в высшей степени неблагоразумно.
- Так значит наша глубокоуважаемая Кристмасс считает, что то, на что она недавно согласилась, плохо? Ты что, уже проверяла?
- Я...я... – растерялась девушка. – Неправда! Я ничего такого не имела ввиду. И вообще, у меня по этой части нет совершенно никакого опыта. Да что там опыта! Даже и представлением не пахнет! – возмущённо проговорила она.
- Извини, я совсем не хотел тебя расстроить. Просто пытался снять нависшее напряжение. Уж больно оно густое.
Оба рассмеялись этой необычной шутке.
Стремительно приближался вечер, и спокойствие главной героини начало понемногу улетучиваться. Заметив нарастающее беспокойство девушки, Броуд попытался её немного отвлечь:
- Прошу тебя, не бойся. Я не могу смотреть на твои мучения и страх от ожидания.
- Я пытаюсь, но... у меня ничего не получается. Мне страшно...
- Ш-ш-ш. – Обнял девушку Броуд.
Он продолжал шептать ей на ушко слова любви и нежности. Постепенно страх оставлял её тело...
Эта ночь стала полным откровением для обоих. Благодаря ей, они узнали друг о друге всё. Ну... почти всё. Кристмасс окончательно поверила в «любовь» Броуда. Он согревал её тело и душу своей неудержимой пламенной страстью. Девушка совсем не думала о последствиях своего поступка. Её уже давным-давно не волновало людское мнение о ней. Кристмасс осознала, что оно всегда было слишком предвзятым.
Девушка лежала на спине на кровати. Из её чудесных синих глаз катились крупные капли слёз. Она пыталась сдержать их, но не могла.
- Почему ты плачешь, милая? – спросил парень. – Тебе больно? Или ты... жалеешь о своём поступке? Люди ведь не оставят это просто так!
- А что мне люди? Кроме отца, тебя, Бринны, Вильфрида и Трефуара я не видела ЛЮДЕЙ. И я хочу, чтобы ты знал, Броуд: я ещё никогда ни о чём не жалела. А сейчас – тем более. Мне всё равно, что скажут обо мне сплетники. Я люблю тебя, а ты – меня. Этого более, чем достаточно.
- Ты удивительная девушка! – произнёс восхищённый парень. – Несмотря на такую ужасную судьбу, ты не сдаёшься и продолжаешь жить. Ты берёшь всё от жизни, радуешься всему хорошему и от всего сердца прощаешь всё дурное, что принесла тебе твоя судьба! Именно за это я и полюбил тебя, Кристмасс. А теперь, давай спать.
Броуд нежно и осторожно обнял девушку. Она доверчиво прижалась к нему и через некоторое время уснула, положив голову ему на грудь. Парень же ещё долго не мог заснуть. Он лежал и смотрел вперёд, словно в никуда. Утро застало его мирно спящим.

Гимн 7. Невозможная любовь.
«Есть в напевах твоих сокровенных
Роковая о гибели весть.
Есть проклятье заветов священных,
Поругание счастия есть.
И такая влекущая сила,
Что готов я твердить за молвой,
Будто ангелов ты низводила,
Соблазняя своей красотой...
Зла, добра ли? – Ты вся – не отсюда.
Мудрено про тебя говорят:
Для иных ты – Богиня и чудо,
Для меня ты – мученье и ад.
Я не знаю, зачем на рассвете,
В час, когда уже не было сил,
Не погиб я, но лик твой заметил
И твоих утешений просил?
Я хотел, чтоб мы были врагами,
Так за что ж подарила мне ты
Луг с цветами и твердь со звездами –
Всё проклятье своей красоты?»
- Треф, правда красивой стала наша малышка Кристмасс? Я тебе всегда говорил, а ты!
- Я же тебе уже сказал, что согласен с тобой, Вильф. Ну что тебе ещё от меня надо?
Хоть Трефуар и Вильфрид и были братьями, характерами они явно не сходились. Разве что, отмечалось их внешнее сходство.
Вильфрид был старше брата на год. У него были чёрные волосы и чудесные янтарные глаза. Трефуар же всегда хвастался своими бирюзовыми озерами, его волосы ведь также были чёрными.
- Интересно, где она постоянно пропадает? Хотелось бы поболтать с девчонкой, а её нет. – Пробурчал последний.
- Ты не знаешь? В лесу Самайн. Если честно, я наслышан о нём и ни за какие коврижки туда не сунусь. Я не «безгрешный», и не хочу пострадать из-за этого.
- А я пойду. Мне вдруг стало жутко интересно.
По прибытии к месту назначения решимость Трефуара несколько поубавилась. Однако он, как истинный рыцарь, преодолел свои страхи и смело въехал в лес.
Так как Стренэ в это время охранял мирно почивавших Кристмасс и Броуда, то на страже стояла Стрения. Сегодня у неё почему-то было отвратительное настроение. Почувствовав присутствие чужака, богиня поспешила к непрошенному нарушителю.
Трефуар в это время устал сидеть верхом и, спешившись, пристроился на лесной дорожке. Неожиданное появление красивой девушки с платинового цвета волосами и фиолетовыми глазами, одетой в одежды из странной ткани и листьев, его, честно говоря, испугало. Причём так, что парень даже подавился только что откушенным от бутерброда куском.
- Т.. т.. ты.. кто? – мямлил он, ошарашено глядя на Стрению.
Богиня леса, к слову сказать, была необычайно удивлена видом своего «противника». Он был так похож на её идеал молодого человека. В своём племени девушка ни разу таких не встречала. Всё её плохое настроение вмиг исчезло.
- Я Стрения, Богиня леса Самайн. А кто Вы, сэр?
- Я друг Кристмасс, Трефуар. Я хотел её увидеть. И, знаете, я рад, что повстречал здесь именно Вас. Вы очень красивая. И, как мне кажется, у нас много общего.
- И что же у нас общего? Ничего не замечаю...
- Вот об этом я и говорю. Полнейшее безразличие к чувствам, особенно к своим.
Оба рассмеялись и вдруг почувствовали, будто знакомы уже много-много лет. Неожиданно Трефуар проговорил:
- Я вспомнил тебя! Давно, несколько лет назад, когда я был маленьким, ослушался брата и пришёл сюда. Мне тогда здорово досталось от твоих «родственников», а ты, Стрения, защитила меня от них. Мы с тобой тогда поклялись, что встретимся ещё, и, когда это случится, мы навсегда останемся вместе. Я считаю, что этот день настал!
Улыбка, сиявшая до этого времени на лице Стрении, при этих словах померкла.
- Я была бы очень этому рада, - начала она, - но есть одно «но». Я тогда была совсем малюткой и почти не знала наших законов. А закон запрещает божеству встречаться с человеком. Я всегда тебя любила, Трефуар, но мы не можем быть вместе. Прости.
- Не может быть. Я не хочу верить в это! Неужели наши мечты не сбудутся, наши судьбы не соединятся? Тогда зачем Всевышний послал нам с тобой эту встречу?
- Я не знаю, Трефуар. Я очень бы хотела быть с тобой, но мы обязаны строго чтить и соблюдать наш древний закон. Мне тоже ужасно обидно и больно, а также грустно. А сейчас, если ты не передумал, я отведу тебя к Кристмасс.
Расстроенный Трефуар поплёлся за возлюбленной богиней в лесную чащу, где с каждой секундой приближалась шокирующая развязка.

Гимн 8. Сломанные мечты.
«С лица исчезла боль, остановился взгляд.
Всегда только вперёд, и никогда – назад.
Забудь, что было там, забудь, как сладкий сон,
Где счастья пустота, где был с тобою он.
В душе остался лёд, а в памяти – тот взгляд...
Всегда только вперёд, и никогда – назад.
...Мы хотели вместе сбросить бремя и лететь, чтобы потом упасть.
Ты всегда мечтала, что, сгорая, догорим мы вместе – ты и я,
Что дано, в объятьях умирая, увидать блаженные края.
Что же делать, если обманула та мечта, как всякая мечта,
И что жизнь безжалостно стегнула грубою верёвкою кнута?
Не до нас ей, жизни торопливой, и мечта права, что нам лгала –
Всё-таки, когда-нибудь счастливой разве ты со мною не была?
Незабвенная, прости меня!»
Когда Кристмасс открыла глаза, был уже полдень. Девушка сладко потянулась и села на кровати.
- Какой чудесный день! Как я счастлива! Но где же Броуд? Нужно его найти.
Воодушевившись этой идеей, она наскоро оделась и поспешила к берегу небольшого озера, где частенько любил прогуливаться парень.
Кристмасс собиралась подбежать к Броуду сзади и закрыть ему лицо руками. Её прыть, однако, поубавилась, когда она заметила, что юноша не один. С ним была Бринна. Девушка обрадовалась и собиралась уже выйти к ним, но что-то неожиданно заставило её переменить своё решение и остаться на месте. Кристмасс спряталась за широкое дерево и затаилась, не смея вздохнуть. Броуд и Бринна остановились неподалёку, так что она могла слышать всё, о чём они говорят.
- Ты должен признаться ей во всём, Броуд. Я не могу больше жить с такой тяжестью на сердце. Это же жестоко. Ты обязан быть с Кристмасс. Она же так тебя любит!
- А я её не люблю! Я люблю тебя, Бринна. Я же давно тебе сказал, что буду встречаться с ней только из-за её болезни. Если бы не это обстоятельство, мы с ней были бы сейчас просто друзьями. Я не знаю, что будет с Кристмасс, если она узнает обо всём. Я не хочу, чтобы она страдала!
- Знаешь, что я тебе скажу, друг мой? Ты самый ужасный эгоист из тех, которых я только видела. Извини, мне пора. До встречи.
Броуд долго смотрел вслед уходящей Бринне и никак не мог понять, что с ней происходит. Когда девушка скрылась из виду, он облегчённо вздохнул.
Неожиданно шелест травы привлёк его внимание. Парень обернулся – и кровь застыла у него в жилах. На вершине холма, примерно в десяти шагах от него, стояла Кристмасс и немигающим взором глядела в его глаза. Юноша не шевелился. Девушка медленно спускалась к нему. Когда она остановилась, легко было заметить крупные сияющие слёзы на её глазах, в глубине которых отразились боль и отчаяние. Её мечты были сломаны...
- Кристмасс? Что... ты... здесь...
- Почему ты ничего не сказал? Ты ведь её любишь!
- Нет, я... Я не хочу, чтобы ты страдала! Я останусь с тобой!
- Молчи! Бринна – моя лучшая подруга, и она для меня останется таковой, несмотря ни на что. Тебя я люблю больше, чем весь мир. Для меня важнее, чтобы ты был счастлив. Моё счастье заключалось в твоём...
- Прости меня. Прости, что не сказал раньше. Но мы всё равно можем быть вместе! Мы с Бринной расстались только что.
- Ни за что на свете! Я не позволю тебе её бросить. Пойми же, я не сержусь и не виню тебя ни в чём. Я желаю вам обоим только счастья. Иди к ней. Бринна очень хорошая.
- Кристмасс, выслушай меня! Я не то хотел сказать. После нашей сегодняшней ночи я понял, что...
- Наша ночь с тобой была роковой ошибкой. Нужно поскорее забыть об этом. Тебе. А я не забуду никогда. Спасибо тебе за красивую сказку, Броуд. Прощай.
Девушка повернулась и уже хотела убежать, но приступ кашля не дал этого сделать. Кристмасс упала на землю, безнадёжно пытаясь остановить кровь.
Броуд кинулся её поднимать. Девушка не давалась. Через пять минут она встала, отряхнулась и, гордо подняв голову, пошла домой, в лес Самайн. Душа её ныла и страдала, но сила духа помогла Кристмасс выдержать эту пытку.
Броуд был полностью потерян. Казалось бы, он должен был радоваться, что всё разрешилось столь благополучно, но какая то сила, живущая внутри него, заставляла сердце рыдать и истекать кровью. Что он наделал? Как всё изменить? Время не повернуть вспять. Неужели всё потеряно?
Долго ещё стоял парень на том злополучном холме. Лишь к вечеру он медленно побрёл домой, не переставая терзаться случившимся.

Гимн 9. Влечение сердца.
«Как день, светла, но непонятна, вся – явь, но – как обрывок сна,
Она приходит с речью внятной, и вслед за ней – всегда весна.
Вот здесь садится и болтает. Ей нравится дразнить меня
И намекать, что всякий знает про тайный вихрь её огня.
Но я, не вслушиваясь строго в её прерывистую речь,
Слежу, как ширится тревога в сияньи глаз и в дрожи плеч.
Когда ж дойдут до сердца речи, и опьянят её духи,
И я влюблюсь в глаза и в плечи, как в вешний ветер, как в стихи, -
Сверкнёт холодное запястье, и, речь прервав, она сама
Уже твердит, что сила страсти – ничто пред холодом ума!»
- Кристмасс, что случилось? Почему ты плачешь? – спросил Трефуар, увидев расстроенную подругу.
- Мы... с Броудом расстались. Я сама его отпустила. К Бринне. Он любит её.
- Каков негодяй. И всё это время он тебя обманывал?
- Ну, да. Можно и так сказать.
- Эй! Кто тут кого обманул? – раздался знакомый голос.
- Вильфрид?! – хором воскликнули друзья.
- Ты же сказал, что ни за какие коврижки сюда не придёшь. – Поддел брата Трефуар.
- Передумал. Ну, давайте уже, рассказывайте!
- Да что тут рассказывать?!
И юноша в нескольких словах обрисовал сложившуюся ситуацию. Когда он завершил свой рассказ, Вильфрид был вне себя от ярости. Он извинился перед Кристмасс и уехал.
* * *
Бринна решила зайти к Броуду и извиниться. Дома его не оказалось, и девушка решила подождать немного.
Неожиданно раздался стук в дверь. Удивлённая Бринна поспешила её открыть – и поразилась ещё больше: на пороге стоял незнакомый темноволосый молодой человек с сияющими янтарными глазами.
- Извините, Броуд дома? Я хочу с ним серьёзно поговорить.
- А Вы, собственно, кто?
- Я могу и Вам, девушка, задать такой же вопрос.
- Хоть это и крайне невежливо, я отвечу. Меня зовут Бринна. Я его давняя знакомая.
- Ах, значит это ты – Бринна! Сказала бы сразу, что ты его женщина!
- Как Вы смеете?! Вторгаетесь в чужой дом, оскорбляете девушку!.. Кто Вы такой?
- Кто я? Я Вильфрид. Друг Кристмасс, которую вы вдвоём подло обманывали!
Парню не хотелось кричать на девушку, так как она ему понравилась, но гнев вырывался наружу против его воли.
- Вильфрид? Простите, я не знала. Позвольте мне объясниться. Я никогда не одобряла этого намерения Броуда насчёт Кристмасс. И вообще, я его не люблю. Он уже давно для меня как брат. К сожалению, он считает наоборот. Я пыталась заставить его влюбиться в Кристмасс, но у меня не получилось. А почему ты здесь?
- Дело в том, что Кристмасс слышала ваш разговор и отпустила Броуда к тебе.
- Ужас... Что творит этот Броуд?
Маленькая пауза позволила молодым людям поближе рассмотреть друг друга. Через некоторое время они уже сидели и болтали, как закадычные друзья и, возможно, даже больше. Этих двоих влекло друг к другу, как магнитом. Оба были веселы, жизнерадостны и вспыльчивы.
- Ха-ха! И почему мы сразу поссорились? – веселилась Бринна.
- НЕ знаю. Наверное, подходим друг другу! – поддерживал её Вильфрид.
Они заглядывали друг другу в глаза и видели там новое восхитительное чувство, объединившее их сердца и души. Пусть и поспешно, но всё уже было решено.
Когда пришёл Броуд, влюблённые уже мило щебетали о будущем.
- Что здесь происходит, Бринна? Что тут делает Вильфрид?
- Ну... в общем, мы обручились.
- Что-о-о? Вы же, наверняка, только что познакомились!
- Да. Мы чувствуем, что созданы друг для друга!
- А ... я? Что делать мне?
- А ты, друг мой, уже сделал свой выбор! – грубо ответил Вильфрид. – Ты выбрал свою гордыню. Пошли, Брин. Мы что-то засиделись. Пока, Броуд.
- Пока!
Когда Бринна и Вильфрид ушли, Броуд сел и глубоко задумался. Всё потерял он из-за своей гордыни и глупой самоуверенности.
- Я должен любыми возможными способами вернуть Кристмасс! Моё поведение было в высшей степени неблагоразумным. Как я теперь буду смотреть ей в глаза?
Спать парень лёг с лёгким сердцем. Ему всю ночь снились счастливые сны и милое лицо с синими глазами.

Гимн 10. Ошеломляющий выбор.
«Благословляю всё, что было,
Я лучшей доли не искал.
О, сердце, сколько ты любило!
О, разум, сколько ты пылал!
И ты, кого терзал я новым,
Прости меня. Нам быть – вдвоём.
Всё то, чего не скажешь словом,
Узнал я в облике твоём...»
- Ты уверена, что хочешь жить в глубине леса, Кристмасс?
- Да, Стренэ. Я уже решила. Так никто меня не найдёт. Я хочу спокойно прожить оставшуюся жизнь.
- Твои друзья будут очень огорчены.
- Ничего, пройдёт время, и они обо мне забудут.
- Хорошо, мы поможем тебе. Хотя, если честно, не очень-то и хочется. Мне кажется, что ты поступаешь глупо.
- Я уже всё решила, Стренэ.
- Ладно. Стрения отправится с тобой и будет помогать. Иногда и я буду наведываться.
- Спасибо вам огромное! Что бы я без вас делала?!
Тем временем Трефуар тщетно пытался пробиться к старейшине рода лесных богов. Однако, несмотря на все трудности, ему это удалось. Старик недоверчиво смотрел на посетителя. Он всегда верил, что людям нельзя доверять. Зачем пришёл сюда этот человек?
- Здравствуйте, сэр. Я Трефуар, рыцарь его Величества – короля Венсесласа. У меня к Вам очень важное дело.
- А ты не боишься, парень, что мы, лесные божества, строго тебя накажем?
- Нет! Я не боюсь вас. И никогда не боялся.
- Смело, очень смело. И что же это за просьба, или, точнее, дело привело тебя сюда, Трефуар?
- Я люблю Вашу внучку, Стрению, богиню леса Самайн, и собираюсь жениться на ней!
- Не смеши мою седину, юноша. Ваш брак невозможен по двум причинам. Во-первых, вы принадлежите к разным родам: она богиня, а ты всего лишь человек, а во-вторых, я лично никогда не позволю своей любимой внучке выйти замуж за человека. Это просто неприлично!
- Ну неужели нет способа как-то изменить наши судьбы?
- А, Стрения... Внучка, ты тоже хочешь вступить с этим человеком в законный брак?
- Я бы с большим удовольствием, но ведь это же невозможно!
- Выбор есть всегда!
- Что? О чём ты, дедушка?
- Ты знаешь, милая, что наш закон запрещает существам из разных родов вступать в брак, да?
- Да. Его знают все божества.
- Но это лишь первая часть закона. Вторую мы никогда не озвучивали из-за того, что пока ещё ни один представитель нашего рода не соглашался на такое.
- Что нужно сделать? Говори же быстрее!
- Ты должна стать человеком!
- Разве такое возможно?
- Более чем. Ты потеряешь своё бессмертие и все свои волшебные силы. Я даю тебе возможность выбора. Каким он будет? Надеюсь, что – самым  разумным и правильным, ведь ты моя внучка.
- Потерять бессмертие или потерять любовь? Что страшнее? Что хорошего есть в бессмертии? То, что мы не умираем? Разве это не скучно, жить вечно? А любовь? Любовь – самое главное в жизни, как мне кажется. Извините меня, дедушка! Я никогда не променяю любовь, это возвышенное и восхитительное чувство на вечную муку от скуки. Я согласна стать человеком! Это – моё окончательное решение!
- Стрения! Это же глупо! Какое безрассудство! Ты не посмеешь пойти против воли всего племени!
- Только потому, что так хотите Вы, дедушка? Нет уж. Я уважаю Вас и Ваши мудрые решения, но позвольте на этот раз не согласиться. Решается моя судьба! Разве Вы не понимаете? Мне всё равно, что скажут остальные божества. Я сделала свой выбор и не изменю своего решения, каким бы парадоксальным оно Вам ни казалось! Прошу, проведите необходимый ритуал.
- Ну, ладно, уговорила.
Став человеком, Стрения очень удивилась, что ей стало даже легче дышать. Она взглянула на своего жениха. Трефуар с любовью смотрел на неё. В его бирюзовых глазах светились непередаваемые нежность и забота. Лесные боги соединили два любящих сердца, бьющихся в унисон.
* * *
Броуд, как и собирался, пришёл утром в деревенский домик девушки, в надежде искупить свою вину. Обнаружив, что Кристмасс и след простыл, юноша очень забеспокоился.
- Только бы с ней всё было в порядке.
- Эй, Броуд, что ты здесь делаешь?
- Стренэ? Стрения? Где она? Где моя Кристмасс?
- Ты надеялся, что, после всего, что ты сделал, она простит тебя? Думал, что облегчишь ей жизнь? – взорвалась гневом Стрения.
- Я хочу искупить  все те страда...
- Закрой рот, негодяй! Никогда не смей приходить сюда! Если тебе интересно, знай, что по твоей вине её время закончилось раньше, чем было суждено.
Всё внутри парня похолодело при этих словах.
- О чём вы? Что случилось с Кристмасс? С ней всё в порядке?
- Кристмасс умерла. Забудь её. Мы не желаем больше видеть тебя. А знаешь, Броуд, мы с братом ведь специально свели вас вместе, чтобы сделать пару, казавшуюся нам идеальной, самой счастливой в мире. Как видишь, наших надежд ты не оправдал.
- Умерла?! Почему?
- Болезнь взяла своё. Да, ты очень ей помог – сократил ей жизнь. Мой тебе совет, как другу: уезжай в город, пожалуйста. Забудь всё, что здесь произошло. – Прошептал лесной бог.
- Я не могу в это поверить, Стренэ! Она же ещё вчера была такая живая, а теперь... Нет, я не верю вам! Кристмасс, где ты? Где?
Парень испустил крик отчаяния, пронзивший, казалось, пространство и время.
Вместе с девушкой умерла часть его души. Эта потеря была невосполнимой. Броуд чувствовал себя виноватым в преждевременной кончине больной чахоткой Кристмасс, которая незаметно заняла большую нишу в его сердце.
На следующий день с тяжёлым сердцем парень отправился в город. Он ехал, чтобы забыть свою боль. Теперь Броуд ясно осознал, что потерял свою единственную настоящую любовь.
Между тем, в самой глубине леса Самайн, Кристмасс тоже глубоко страдала. К тому же, с ней начали происходить удивительные перемены...

Гимн 11. Свет рождается во тьме...
«Ты из шёпота слов родилась...
С той поры, что ни ночь, что ни день,
Надо мной твоя лёгкая тень...
***
Я на снегу писал стихи
Из слов высоких, звонких, гордых,
Но их позёмкой ветер сдул
Туда, где ждёт всех вечный отдых.
Я провожал в ночи мечты,
Их вьюга торопила,
Колючим снегом душу крыла...
Я целовал твои глаза,
Чтоб вновь услышать. Я не знаю,
Я так боюсь тебя искать.
Боюсь, что снова потеряю.
Мне ни к чему теперь весна,
Когда тебя не будет рядом.
Я лишь надеюсь, что любовь
Тебе и мне не станет ядом...»
Примерно через две недели после той роковой ночи девушка начала плохо себя чувствовать. По утрам начались приступы рвоты, а болезнь усилила хватку. Стрения, пришедшая осмотреть подругу, сообщила ошеломительную новость:
- Дорогая, ты... беременна.
- Что? Это правда?
- Да. К сожалению.
- Почему к сожалению? Мне кажется, что это здорово! Это ребёнок Броуда!
- Видишь ли, тебе осталось жить только два месяца, а для того, чтобы родить ребёнка, потребуется минимум девять. К тому же, твоя болезнь может сразить тебя ещё раньше. Ты заметила, что приступы еще участились?
- Я знаю это, Стрения. Но я всё равно оставлю малыша. Мне всё равно, что станет со мной. Пожалуйста, пойми меня!
- Да забудь ты, наконец, этого парня. Ну не нужна ты была ему, неужели не понимаешь?
- Я не верю тебе, хоть ты и моя подруга! Я сделаю так, как считаю нужным. Поможешь ты мне, или нет, - твоя проблема. Хотя знаешь, я всегда думала, что ты моя лучшая подруга. – Кристмасс надула губки, собираясь заплакать.
- Да помогу я тебе, помогу. Куда я денусь?
Шло время... Удивительно, но внутренняя сила любви и надежды, живущая в сердце девушки, помогала ей справиться со своим положением. Прошло два месяца, потом – ещё четыре, а Кристмасс всё ещё жила, наслаждаясь ощущением будущего материнства. Стренэ и Стрения были весьма озадачены. К сожалению, они не могли, даже используя свои силы, вылечить подругу. По одному её виду ясно было, что, если она и сможет родить, то долго после этого не проживёт. Сейчас Кристмасс вся сияла лучезарным счастьем.
- А, всё-таки, она его до сих пор любит, сестра. Может, оставить всё, как есть? Сообщим ему, что она жива...
- Ни в коем случае! Он не заслуживает этого.
Наконец пришло решающее время. Роды прошли на удивление легко. У Броуда и Кристмасс теперь была очаровательная маленькая дочурка. Новоиспечённая мать ни на миг не выпускала младенца из рук. Силы уже почти оставили её. Осталось лишь неутолимое желание жить и любить весь мир.
- Как назовёшь малышку? – спросила Стрения.
- Пока не знаю. Подожду...
- Чего ждать-то?
- Броуда... Я знаю, он придёт, вернётся ко мне. Тогда мы с ним и назовём нашу дочь!
- Господи, Кристмасс! Ну ты же еле жива! Того и гляди – душу Богу отдашь! Кто тогда даст имя ребёнку?
Но упорная, решительная Кристмасс продолжала слепо верить в свою любовь... Так, в ожиданиях, она прожила ещё три месяца.
* * *
Стренэ больше не мог выносить страданий и душевных мук подруги. Сегодня он решился на этот поступок.
Броуд был весьма удивлён, увидев лесного бога.
- Прости нас, Броуд. Мы тогда тебя обманули, сказав, что Кристмасс умерла. Хотелось, чтобы вы оба перестали страдать и мучиться.
- Она тогда была жива? А... какое это сейчас имеет значение?!
- Самое важное! Она жива, друг!
- Жива? Ты сказал, жива?
- Да. Живее всех живых!
- Не может быть! Как она смогла?
- А это ты узнаешь сам, когда придёшь к ней.
- Где... где она? Скажи...
- В самом центре леса Самайн. Пошли, дорогу покажу!
Парень бежал вперёд, как будто за ним гналась стая волков. Его переполняло множество различных чувств: радость, восторг, удивление, страх и многие другие. Когда он, наконец, добрался до нужного места, путь ему преградила Стрения.
- Что ты тут делаешь? Убирайся прочь!
- Нет... Стрения... Он, наверное, ко мне... – раздался слабый, но такой знакомый голос.
Броуд шагнул в дом и застыл на пороге, как изваяние...

Гимн 12. Рождественская Звезда.
«Пришла порою полуночной
На крайний полюс, в мёртвый край.
Не верили. Не ждали. Точно
Не таял снег, не веял май.
Не верили. А голос юный
Нам пел и плакал о весне,
Как будто ветер тронул струны
Там, в незнакомой вышине,
Как будто отступили зимы,
И буря твердь разорвала,
И струнно плачут серафимы,
Над миром расплескав крыла...
Но было тихо в нашем склепе,
И полюс – в хладном серебре.
Ушла. От всех великолепий –
Вот только: крылья на заре.
Что в ней рыдало? Что боролось?
Чего она ждала от нас?
Не знаем. Умер вешний голос,
Погасли звёзды синих глаз.
Да, слепы люди, низки тучи...
И где нам ведать торжества:
Залёг здесь камень бел-горючий,
Растёт у ног плакун-трава...
Так спи, измученная славой,
Любовью, жизнью, клеветой...
Теперь ты с нею – с величавой,
С несбыточной твоей мечтой.
** *
Кому назначен тёмный жребий,
Над тем не властен хоровод.
Он, как звезда, утонет в небе,
И новая звезда взойдёт».

«Что с ней? Как стан прозрачный тонок! Худа, измучена, бледна... И на руках лежит ребёнок».
- Здравствуй, Кристмасс...
- Броуд... Как я рада тебя видеть. Я знала, что ты придёшь ко мне. Я ждала...
- Ты не сердишься на меня больше?
- Нет, не сержусь. Я же люблю тебя.
- Прости... Всё это время я думал, что ты мертва. Мне так сказали. Я уже давно понял, что ты самое дорогое и важное, что было и есть в моей жизни! Кристмасс, я вернулся к тебе НАВСЕГДА!
По её щекам покатились слёзы запоздалого счастья.
- Скажи мне, любимая, это твой ребёнок?
- Это наш ребёнок, Броуд, наш!
- А кто это: мальчик... или девочка?
- Девочка, дочь...
- Но почему? Неужели в ту самую ночь...
Девушка счастливо улыбнулась и кивнула.
- Как её зовут?
- Я ещё не назвала её. Я ждала твоего прихода. Думала, придёшь, и мы вместе дадим ей имя.
- Можно я назову её Эстер?
- Почему?
- «Эстер» переводится как «звезда», а «Кристмасс» – «Рождество». Наша дочь будет Рождественской звездой.
- Я согласна. Как здорово ты придумал! Наша Эстер... наша звезда... Рождества и любви.
После затянувшейся паузы, Кристмасс, подумав, произнесла:
- Я знала, что умру сегодня.
- Не говори так!
- Пожалуйста, не перебивай. Я больна, неизлечимо больна. Я должна была умереть больше года назад. Лишь моя любовь помогла продержаться так долго. Знаешь, я до последнего момента верила, что ты вернёшься ко мне.
- И я вернулся, милая! Я здесь, с тобой.
- Да. Я спокойно относилась к смерти, принимая её, как нечто должное, естественное. Она совсем не пугала меня. Ты пришёл, и я уже не уверена в этом. Я теперь не хочу умирать. Я хочу жить, слышишь? Жить! Пока тебя не было, прошёл слух о том, что я падшая... Девушка, не имеющая мужа, ждёт ребёнка... Все от меня отвернулись. Но мне было всё равно. Кстати, как там все поживают?
- Давно пора спросить! Представляешь, Бринна вышла замуж за Вильфрида и готовится стать матерью. Стрения – уже  давно жена Трефуара.
- Правда? Она мне не говорила. А за Бринну и Вильфа я очень рада! А... мой отец?
- Габриэль? Он женился, представь себе! Но передавал тебе горячий привет. Я не сказал ему о твоей «смерти». Не хотел волновать старика.
- Спасибо. Я хотела ещё раз сказать тебе, что ужасно люблю тебя, пока не закончилось моё время.
- О чём ты говоришь? Перестань немедленно! Не смей так говорить. Что со мной будет, если ты уйдёшь? А с Эстер? Она ведь ещё совсем малышка. Она похожа на нас обоих. Мои глаза и твои волосы...
- Вырасти её хорошей девочкой. Ты сможешь, я знаю. Только не забудь ей потом рассказать обо мне. Она должна знать, что у неё была мать. У меня никогда не было матери. Я хочу, чтобы к ней относились не так, как ко мне. Позаботься об этом.
- Нет. Ты не умрёшь! Вон сколько продержалась, а значит, - и дальше жить сможешь. Вот увидишь, ты сможешь выздороветь. Я верю в тебя! И люблю всем сердцем!
Он наклонился и нежно поцеловал девушку в губы.
- Стрения привела священника. – Прошептал парень. – Сейчас он нас обвенчает.
- Кристмасс и Броуд! Согласны ли вы стать мужем и женой?
- Да... – произнесли влюблённые.
Когда священник ушёл, девушка прошептала на ухо мужу:
- Сегодня – самый счастливый день в моей жизни! Я всю жизнь ждала своё счастье. Наконец-то оно пришло ко мне!
Броуд поцеловал жену в слегка приоткрытые губы. Он знал, что делает это в последний раз, но был счастлив. Он вновь обрёл себя, а Кристмасс, Счастливая Кристмасс – любящего мужа и верного друга.
* * *
Она умерла на рассвете... Всю жизнь искала счастья и любви. Кристмасс загадала желания , и они исполнились.
С тех самых пор Рождество всегда сопровождает Рождественская Звезда.
КОНЕЦ.
2008 год

Аудиозапись исполнения автора:

Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/virtwww/w_mega2610_c76ae6e2/http/bitrix/components/bitrix/player/class.php on line 725
Загрузка плеера


Это моё первое серьёзное произведение


Добавить в альбом

Голосовать

(Голосов: 2, Рейтинг: 4)

Обсуждения и отзывы

0  
Анна Любавина
В этой вещи много хорошего. Она трогательна, при достаточно знакомом сюжете всё-таки не читается, как дежавю.
Но много и того, что надо поправить. Если рассматривать, как черновой вариант текста - приемлемо, а для "серьёзного произведения" готового в печать ещё далеко.
Туры в Хорватию и Черногорию

18+
Продолжая пользоваться сайтом вы даете согласие на обработку ваших персональных данных и использование файлов cookie.
Ознакомиться с нашими соглашением об обработке персональных дпнных можно здесь, с соглашением об использовании файлов cookies здесь.
© «МегаСлово» 2007-2017
Авторские материалы, опубликованные на сайте megaslovo.ru («МегаСлово»), не могут быть использованы в других печатных, электронных и любых прочих изданиях без согласия авторов, указания источника информации и ссылок на megaslovo.ru.
Разработка сайта Берсень ™