Лирика поэтическая

Я с ведром иду к кринице,
Что стоит внизу у речки,
Из деревьев мне навстречу
Вновь летят две чёрных птицы.

Надо мной кружась, щебечут
Что-то весело и громко

Опустилось небо к полю.
Поле к небу поднялось.
И поэтому не спорят,
Кто хозяин здесь, кто гость.

И, как жёлтая страница
С голубою, степь и высь
Вдоль их дымчатой границы,
Плотно сдвинувшись, срослись

В дебрях тростника
Заскучал овраг
Без оркестра птах.
Ветром снег в кустах
Сбит.
Здесь покой, пока
Подо льдом река
В дебрях тростника
Спит.

На стенке спальни полночи портрет
В оконной раме собран в виде пазла.
Глаза её мерцают, тлеют, гаснут.
Плывёт по чёрной крыше жёлтый свет,
Как будто хлеб намазывают маслом.

Дрожащей веткой ветер вверх грозит –
И облака от страха потемнели.
И месяц островерхий еле-еле
Качается в тех тучах, как в грязи –
Увязшие одним концом качели.

Старый бабушкин садик на снимке
По-осеннему пышен и рыж.
Для кого ты рвёшь груши в корзинку?
И чему ты смеёшься, малыш?

Брызжет солнце сквозь ветку на щёки,
Клонит облачко листьев рука.
Кофта в пятнах от пыли и сока.
И две ягодки чёрных в зрачках.

Солнце в море растворялось.
По воде бежал огонь.
В нём играючи плескалась
Серебристая чехонь.

Еле слышно волны пели
И ложились спать у скал.
Под напевы колыбельной
Вечер веки опускал.

Если нет у села Эвереста
Вдоль дороги сугробы, сугробы –
След февральской работы окрест.
Может быть, так старался он, чтобы
Здесь насыпать второй Эверест.

Чтоб гора белоснежного цвета
Засветилась на гербе села.
Чтоб она никогда, даже летом,
В небо облаком взмыть не могл

Я приземляюсь медленно и плавно
На облаке из сна ночного в спальню
И чувствую, что мне она тесна.
Я окна распахну улыбке солнца
И птице, что порхает и смеётся:
«Весна! Весна!»

Мне кажется, что ты ушла в туман
Моей полузабытой прошлой жизни.
Что ты – не ты, а мой самообман,
Больным рассудком выдуманный призрак,

Который с каждым разом всё сильней
Под утро так настойчиво и долго
Стучит в окошко памяти моей,
Что вздрагивают матовые стёкла.